Ей, кажется, нет конца и края, этой прокаленной летним зноем и продутой свирепыми зимними ветрами земле, дремлющей под скудным покровом колючей травы. Поначалу она может отпугнуть, разочаровать, но если без предубеждения и спешки вглядеться в нее, услышать в звенящей тишине или грохоте обновления ее голос, узнать ее людей, окунуться в мир их забот, то непременно откроется суровая красота и поразительная щедрость края, сила духа тех, кто живет здесь и трудится.

Мангышлак имеет удивительное свойство — обладает своего рода магнетизмом, притягивающим души и сердца. Единожды ступив на его землю, вдохнув глоток суховато-соленого воздуха, окунувшись в его холодную прибрежную волну,— все это не забудешь никогда. Земля эта будет тянуть к себе и звать, она будет сниться. И это объяснимо. Разве можно забыть контрасты ожидаемого и действительного, сочетания несочетаемого, повседневность преодоления.

На первый взгляд это может показаться странным, невероятным, но край этот искренне и ревниво любят те, кто приехал из самых благословенных мест. С ним сживаются, срастаются, в эту неласковую землю пускают крепкие корни. Мангышлакские горизонты — проверено — не отпускают, зовут к себе и заставляют мерить собой все встреченное и увиденное впервые.

Удивителен стык примет седин и обновления. Быть может, именно резкий контраст между днем прошлым и настоящим, застывшими фантастическими пейзажами и маршевой поступью индустрии, кажущейся скудостью и ошеломляющим богатством недр и составляет своеобразие края. Мангышлаку вообще свойственны контрасты, стыки, рубежи, границы — граница пустыни и моря, необжитости и комфорта, прохлады и зноя, вековой тишины и гула перемен. Здесь много зримых и бесконечно умножающихся примет обновления.

Настоящие писатели умеют видеть и предсказывать будущее. Константин Паустовский в своей повести "Кара-Бугаз" писал о преобразовании природы в ходе социалистического строительства: "Я полагаю, что весь восточный берег моря — Эмба, Мангышлак, вплоть до Чикишляра — должен превратиться в мощный индустриальный пояс на границе пустыни". Сказано это было в 1932 году. Мощный индустриальный пояс на границе пустыни — реальность сегодняшнего дня.